Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Многим не было и 30 лет. В четвертую годовщину войны вспоминаем беларусов, которые отдали жизнь за Украину
  2. «Он был просто на грани». Мама покончившего с собой десятиклассника в Бресте рассказала о травле в школе и последнем сообщении сына
  3. Умер экс-политзаключенный Денис Соколовский, проходивший по делу «Пресс-клуба»
  4. Аналитики назвали населенные пункты, которые ВСУ освободили во время февральского наступления на юге — ISW
  5. У уехавших за границу из-за политики продолжают отнимать земельные участки. Появился свежий пример
  6. Пособие на погребение резко сократится. С чем это связано
  7. «Ваша страна сильно рискует». Президент Украины впервые с начала полномасштабной войны дал большое интервью беларусскому СМИ — «Зеркалу»
  8. Налоговая грозит беларусам финансовыми санкциями. Кто может получить такие проблемы
  9. «Спікера ад Узброеных сіл?» С силовыми ведомствами попытались поговорить на беларусском — что из этого вышло
  10. Об отношениях одного классика литературы из Беларуси нам десятилетиями рассказывали неправду, идеализируя его. Что же было на самом деле
  11. «Это второй день рождения». Мальчику из Гродно Ване Стеценко в дубайской клинике ввели один из самых дорогих препаратов в мире
  12. «Когда узнали, что к чему, были в шоке». Минская риелторка чудом спасла девушку от потери квартиры
  13. Жена Николая Статкевича: Когда его вернули в колонию, ему перестали выдавать остро необходимые лекарства
  14. В январе рухнули средние зарплаты — масштаб их падения способен поразить (счет идет на сотни рублей)
  15. Рекордный объем торгов на бирже: что давит на доллар? Прогноз по валютам
  16. ЕРИП ввел очередное новшество


/

По «делу Гаюна» проходят более 100 фигурантов, имена 89 из них известны публично. Более 50 человек уже получили приговоры, сообщил проект dissidentby. В приговорах суда повторяются российские нарративы про демилитаризацию и денацификацию, а вторжение в Украину называется «специальной военной операцией».

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ "Весна"
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: ПЦ «Весна»

Всех фигурантов «дела Гаюна» судят по статье 361−4 УК (Содействие экстремистской деятельности). Беларусские суды при вынесении приговоров почти буквально повторяют риторику Кремля, dissidentby приводит фрагмент из одного из документов:

«…в точно не установленный период времени, но не позднее ** ** *** 2023 г., находясь на территории Республики Беларусь и г. (более точное место не установлено), имея умысел на иное содействие экстремистской деятельности, в том числе выражающееся в несогласии с проведением Российской Федерацией специальной военной операции на территории Республики Украины по демилитаризации и денацификации с целью защиты мирного населения, являясь пользователем под учетной записью … и телеграм-бота „Дапаможа Гаюн“».

«Таким образом, на судебном уровне в Беларуси закрепляется язык кремлевской пропаганды, а несогласие с войной квалифицируется как „содействие экстремизму“», — отмечают правозащитники.

По их данным, размер наказания зависит от количества эпизодов и даже от того, что именно было на фото или видео. Есть и своеобразный «рэкет» денег.

«Во время следствия людям предлагают делать „благотворительные взносы“ в различные организации якобы как смягчающее обстоятельство. Такая практика уже существует для тех, кто преследуется за „донаты“. Тем не менее, по нашим статистическим данным, на приговор такие взносы не имеют влияния», — рассказали правозащитники.

«Дело Гаюна»

Напомним, в начале февраля стало известно, что силовики имеют доступ к базе контактов мониторингового проекта «Беларускі Гаюн» — там публиковались материалы, связанные с Беларусью и полномасштабным вторжением РФ в Украину. Руководитель проекта Антон Мотолько публично признал этот факт и через два дня заявил о прекращении работы «Гаюна». В телеграм-канале ГУБОПиК тогда заявляли, что «со 100%-ной вероятностью суды будут давать меньше срок за содействие уже закрытому экстремистскому проекту, чем за все еще действующему». Сразу же стало известно о задержаниях.

К началу лета правозащитники сообщили примерно о 20 фигурантах дела, однако действительное их количество остается неизвестным.

«Учитывая, что силовики имеют базу всех пользователей, которые слали сообщения в бот, а также многочисленные свидетельства тех, кто выходит из СИЗО или ИВС, есть действительно высокая вероятность того, что количество фигурантов может достигать даже тысячи человек», — предполагала сотрудница правозащитного центра «Вясна» Виктория Руденкова.